Сердце, жаждущее поклоняться  

Сердце, жаждущее поклоняться

Люди, сидящие в самолете и на церковной скамье, очень похожи. Они в пути. Чаще всего они ведут себя чинно и представительно. Некоторые дремлют, другие глазеют в окно. Большинство, если не все, удовлетворены предсказуемыми ощущениями от пути. Для большинства признаки хорошего полета и хорошего собрания поклонения одинаковы. «Хорошо, — говорим мы обычно. — Это был хороший полет/Это была хорошая церковная служба». Мы выходим там же, где входили, и рады вернуться туда снова.

Однако некоторые не согласны довольствоваться всего лишь хорошим. Они ищут чего-то большего. Мальчик, который только что прошел мимо меня, из таких. Я

услышал его еще до того, как увидел. Я уже сидел на своем месте, когда он громко спросил: «А мне на самом деле можно будет увидеть пилота?» Он был или везунчиком, или сообразительным малым, потому что заявил о своем желании, едва взойдя по трапу. Этот вопрос дошел до кабины пилота, и он выглянул в салон:

— Кто-то меня искал?

Рука парнишки взметнулась вверх, как будто бы он отвечал на вопрос учителя:

— Я!

— Что ж, иди сюда.

Мама кивнула, и мальчик вошел в кабину пилота — волшебный мир с пультами управления и датчиками. Спустя несколько минут он вышел оттуда с широко

распахнутыми глазами.

— Вот это да! — воскликнул он. — Так здорово, что я лечу на этом самолете.

Ни у кого на лице не отражалось столько удивления. Я бы заметил. Я наблюдал за пассажирами. Интерес мальчика пробудил и мой, поэтому я рассматривал лица

взрослых, но не обнаружил и намека на энтузиазм. Большей частью я видел довольство: путешествующие довольны, что летят на самолете, довольны, что приближаются к месту назначения, довольны, когда покидают аэропорт, довольны, когда сидят, смотрят в окно и почти ничего не говорят.

За редким исключением. Пятеро женщин средних лет в соломенных шляпах и с

пляжными сумками испытывали совсем другие чувства: они веселились от души. Они хихикали так, что чуть не падали со своих мест. Держу пари, это были мамаши, вырвавшиеся прочь из кухни и уезжающие подальше от детей. Мужчина в синем костюме, сидящий напротив, не был доволен; он сидел с сердитым выражением лица. Открыв портативный компьютер, он хмуро уставился в экран и весь полет не отводил от него взгляда. Большинство из нас все же были радостнее его и более сдержанны, нежели смеющиеся леди. В основном мы все были довольны. Довольны предсказуемым полетом без происшествий. Довольны хорошим полетом.


Так как это то, чего мы ищем, именно это мы и находим. Мальчик же хотел большего. Он хотел увидеть пилота. Если бы его попросили описать полет, он бы не сказал «хорошо».

Он бы достал пластмассовые крылья, которые дал ему пилот, и сказал: «Я видел человека там, впереди».

Теперь вы понимаете, почему я говорю, что у пассажиров самолета и сидящих на

церковных скамьях много общего? Войдите в святое здание церкви и взгляните на лица. Некоторые смешливы, парочка хмурых, но большинство — довольны. Довольны быть здесь. Довольны сидеть, смотреть прямо пред собой, а потом, когда служба

закончится, сразу же уйти. Довольны, когда наслаждаются собранием безо всяких сюрпризов или беспокойств. Довольствуются «хорошим» собранием. «Ищите, и найдете», — обещал Иисус16. Так как все, что мы ищем, — хорошее собрание, мы и находим только лишь хорошее собрание.

Но некоторые ищут большего. Немногие все же приходят с детским энтузиазмом того мальчика. И именно они уходят, как и он, с широко распахнутыми глазами от радости — они стояли в присутствии самого Пилота.


7433273811563329.html
7433286714877659.html
    PR.RU™